Три увесистых тома посвящены графике, в которой Соколов реализовывался по преимуществу. Отчасти вынужденно: вся его жизнь, начиная с юности в Ярославле и первых лет в Москве, была донельзя аскетична, подходящих условий для занятий живописью он никогда не имел - вплоть до получения государственной мастерской на Верхней Масловке (да и ею воспользоваться толком не успел по причине ареста и отправки в сибирские лагеря на семь лет). Впрочем, живописных произведений у него насчитывалось не так уж мало, вот только сохранились далеко не все. Что-то сгинуло в период его отсидки, а большинство ранних работ он сам уничтожил в середине 1920 х.


А еще в этих трех томах многое сказано словами - и биография главного героя наполняется фактами, свидетельствами или оценками параллельно с наглядной эволюцией его творчества. Среди текстов можно найти и жизнеописательный очерк Нины Голенкевич, где особо сказано о судьбе наследия Соколова, и соображения Александра Балашова насчет того, почему этого романтика нельзя записать в "настоящие авангардисты", и рассуждения Галины Ельшевской о лагерных миниатюрах, которые не только оказались вдруг для Михаила Ксенофонтовича единственно возможной формой работы, но и повлияли на его представления о художественных задачах.


Суммарный объем издания достаточно велик, чтобы в нем нашлось место для разных "сюжетных линий". Читатель (он же зритель) узнает и поймет, например, как развивался односторонний, в чем-то даже болезненный роман Соколова с книжной иллюстрацией (художник был одержим этим жанром, но работал по преимуществу "в стол": опыт сотрудничества с престижным издательством Academia разочаровал его навсегда). Или взять огромные, исчисляемые сотнями листов циклы "Святой Себастьян", "Прекрасные дамы", "Странствующие комедианты". Откуда такая страсть, такая приверженность отдельным темам, мягко говоря, не актуальным для советского мейнстрима? Недаром же искусствовед Дмитрий Недович, относившийся к Соколову с вялым сочувствием, некогда констатировал: "Он упирается в свою фантазию и не признает становящегося дня". И ведь действительно упирался - не известно ни одной его работы, которая бы хоть чем-нибудь соответствовала критериям соцреализма. Объяснения этому в трехтомнике тоже можно обнаружить, в том числе от первого лица.


В 1937 году, незадолго до ареста, Михаил Ксенофонтович писал: "Мое "наследство" увеличивается. Кто-то в нем будет разбираться". Что ж, начали разбираться довольно давно - и вот еще один важный шаг.

 

Круг почитателей и знатоков творчества М.К. Соколова широк. Ценным стало сотрудничество музея с московским искусствоведом, коллекционером Юрием Петуховым, которое началось в начале 1990-х годов. Именно он выступил не только инициатором, но и вместе со старшим научным сотрудником музея, главным исследователем творчества художника Ниной Голенкевич, стал соавтором данного издания. По словам Юрия Петухова, любовь к творчеству Соколова автоматически причисляет человека к интеллигенции. 

 

«На будущие поколения я совершенно не рассчитываю, так как не имею надежд, что что-то сохранится для этого будущего. Уже сейчас у меня лучшее погибло, а то, что осталось, находится в большой неопределенности». 

 М.К. Соколов (Из письма Н.М. Тарабукину, 1946)

 

«…я хочу вечности! Смешно. Не правда ли? Уж такой я жадный сейчас до жизни, до всего живого... Как мне хочется поделиться с Вами этой жаждой жизни, чтобы Вы поняли все очарование жизни, ее непререкаемое, – что никакие катаклизмы не могут изменить ее течения – они рябь на воде – небольшого пространства на луже от прошедшего дождя, а жизнь – полнокровный океан, безмерный, вечный, таящий в себе чудеса (чудо, которое не снилось, и мудрецам и небу, прав мой бедный Гамлет)».

 М.К. Соколов (Из письма Н.В. Розановой, 1947) 

 

 «Соколов был романтик в жизни и в искусстве. Искусство было его кумиром, а он его жрецом… Искусству он служил, как средневековый паладин своей даме сердца. На щите Соколова было написано старинное изречение всех рыцарей искусства: «Жизнь коротка, искусство вечно»…В искусстве он воплотил свою мечту о красоте. Он был апостолом прекрасного. Оно было его эстетическим кредо.»

 Н.М. Тарабукин (из «Материалов для биографии Михаила Соколова» 1948)

Михаил Соколов. Графика. (в 3-х томах)

11 000,00 ₽Цена
  • Размеры

    288x243x100 мм

  • Страниц

    976

  • Авторы

    Нина Голенкевич, Юрий Петухов

  • Редактор

    Любимова Полина

  • ISBN

    978-5-89449-059-5

121069, Россия, Москва, ул. Поварская, д. 11, строение 1, офис 68
artvolkhonka.zakaz@gmail.com

+7(499) 703-41-02​

Подпишитесь на новости

Текстовая информация и графические изображения, представленные на сайте http://www.art-volkhonka.ru (далее Сайт), являются собственностью ООО «ИД Арт Волхонка» и/или его поставщиков и могут быть использованы только в качестве информации в некоммерческих или личных целях. Перепечатка, воспроизведение, распространение настоящей текстовой информации и графических изображений с Сайта возможны только 

с письменного разрешения ООО «ИД Арт Волхонка».

© 2020 by Art-Volkhonka.